У меня только одно замечание к книге «Аустерлиц» Винфрида Зебальда – он неохотно пользуется таким знаком препинания, как точка с запятой. А она бывает крайне нужна в большинстве предложений, которые длиной с абзац. Впрочем, абзацев в этой книге нет совсем, как и разбивки по главам. И первые страницы это меня слегка напрягало, пока я не поняла, с чем имею дело. Сам текст романа представляет собой чистейший поток времени, выраженный словесно. Поток – конечно, это условное понятие, потому что в нем движение идет в разные стороны и с разной скоростью. Поток такой мощный, что всякие пороги и отмели типа разбивки на абзацы и оформление прямой речи и диалогов просто бы затрудняли его.
Я представляю, как этот поток выглядит на немецком языке с его длинными и сложными словами, потому что на русском, где тоже хватает таких слов, зрительно текст течет, как кажется, нескончаемо, его русло поворачивается то туда, то сюда, то углубляется, то чуть мелеет. Мне кажется, переводчик совершил настоящее чудо.
«… панорама города, которая вся, как мне казалось, подобно старинной картине, покрытой лаком, была испещрена бесчисленными разбегающимися трещинками и канавками прошедшего времени» - вот какой цитатой я бы охарактеризовала роман.
О чем это книга? Двое мужчин, к концу романа уже старых, встречаются случайно, находят общие интересы в виде архитектуры, истории, потом встречаются еще, то в одном, то в другом европейском городе, то часто, то спустя десятилетия. И один из них, тот самый Аустерлиц (фамилия у него такая), все время рассказывает о своей жизни, кусками, не линейно, поворачивая поток времени туда, куда хочется. И только примерно в середине довольно длинного повествования главный герой вдруг понимает, что они ничего не знает о себе до того момента, как в годы Второй Мировой войны его, совсем маленького, взяла к себе жить семья сельского английского священника. Кто он? Откуда он? Кто его родители? Где они? Аустерлиц пускается на поиски своих корней по городам и странам Европы.
И автор показывает, как постепенно возвращается память о первых годах жизни Аустерлица, как капельки – обрывки воспоминаний, толчки к ним, выхваченная по радио фраза, белка в парке, кованый узор на уличной двери – превращаются в полноводный поток, накрывающий с головой не только героя, но и читателя. И момент, когда Аустерлиц видит в старом, полуразрушенном здании женского зала вокзала в Ливерпуле, наполненного особой атмосферой, куда он попадает случайно, себя пятилетнего, только приехавшего в одиночку в чужую страну к чужим людям, спасаясь от ужасов фашизма, у него вместе с пробуждением памяти начинается другая жизнь: «Помню еще, что, глядя на этого мальчика, я осознал со всею ясностью, пробившейся сквозь тупое оцепенение, то разрушительное действие, которое оказывала на меня на протяжении всех прошедших лет моя покинутость, как помню я и ту навалившуюся на меня усталость при мысли о том, что я в действительности еще не жил, что я вообще только сейчас родился, в известном смысле в преддверии своей смерти».
Покинутость, сиротство, бесприютность, душевные невзгоды главного героя подчеркивает все – и аскетичность его жилища, и упоминание об единственной женщине, с которой он имел отношения, но которую он очень быстро потерял, и рюкзак, один на всю его взрослую жизнь и только с самыми необходимыми вещами. В романе практически нет ярких красок, даже красоты природы описываются мягко-приглушенно, на всем лежит туман, сгустившееся время.
Книга эта не захватывает острым сюжетом, но читать ее можно только крайне внимательно, по-старинному, вчитываясь в каждый оборот, чтобы удержаться в потоке, не потерять текущее направление мысли и событий. В ней много очень подробных и восхитительных описаний исторических зданий, больше всего – вокзалов, по которым у Аустерлица особый пунктик, городов, природных ландшафтов, дворцов, крепостей, по которым пунктик у другого героя, научных и исторических сведений.
Это очень грустный и жизнеутверждающий роман. Он о том, что можно все забыть и все вспомнить. И помнить все же лучше, особенно если твоя история связана с мировой, забвение которой грозит планете и человечеству новыми страшными бедами.
#Бурдинскаячитает
